Время Шамбалы xes «Время Шамбалы»: Нева, олма-пресс образование; Санкт-Петербург; 2002 isbn 5-7654-2244-6, 5-94849-264-8






НазваниеВремя Шамбалы xes «Время Шамбалы»: Нева, олма-пресс образование; Санкт-Петербург; 2002 isbn 5-7654-2244-6, 5-94849-264-8
страница9/35
Дата публикации20.09.2013
Размер4.22 Mb.
ТипДокументы
top-bal.ru > География > Документы
1   ...   5   6   7   8   9   10   11   12   ...   35

8. С красными моряками в Шамбалу



В 1918 г. судьба свела Барченко еще с одним интересным человеком, который вскоре стал его верным помощником и другом. Это ученый-астроном Александр Александрович Кондиайн (Кондиайни). Родился он в Петербурге в 1889 г. Окончил филологическую гимназию и затем физико-математический факультет Санкт-Петербургского университета по специальности астрофизика (приблизительно в 1911 г.). В дальнейшем в течение более 10 лет активно сотрудничал с Русским Обществом Любителей Мироведения (РОЛМ), членом которого стал еще в студенческую пору. Общество с таким названием возникло в 1909 г. с целью объединения любителей естественных и физико-математических наук, оказания им содействия, а также распространения естественно-научных знаний в широких слоях населения. Возглавил Общество его знаменитый народоволец и социокосмист Н. А. Морозов (1854–1946), автор популярных книг «История возникновения Апокалипсиса» (1907) и «В поисках философского камня» (1909). С самого начала своей деятельности Общество уделяло преимущественное внимание астрономическим исследованиям, и потому его костяк составляли в основном астрономы — профессионалы и любители. Уже в 1910 г. после передачи обществу «Мироведения» университетом большого 175 мм. телескопа-рефрактора Мерца А. А. Кондиайн активно помогал М. Я. Мошонкину в установке его в обсерватории Тенишевского училища (Моховая, 35), а затем в качестве астронома-наблюдателя вместе с М. Я. Мошонкиным и С. Г. Натансоном начал проводить регулярные наблюдения и фотографировать различные небесные объекты. Здесь надо сказать, что фотография увлекала молодого ученого в не меньшей степени, чем астрономия, — особенно цветная фотография (хроматография), которая в то время делала свои первые шаги. Для фотографирования светил Кондиайн и заведующий обсерваторией М. Я. Мошонкин изготовили серию цветных светофильтров, охватывающих полный спектр.

Первые серьезные работы в обсерватории начались осенью 1911 г. с наблюдения и фотографирования через светофильтры яркой кометы, только что открытой американцем В. Бруксом. Полученные снимки в количестве 22 штук были обработаны А. А. Кондиайном и результаты работ доложены на общем собрании мироведов 15 ноября. Сообщение ученого вызвало большой интерес, о чем свидетельствует публикация его доклада в журнале Общества107. В начале 1912 г. А. А. Кондиайна утвердили в должности астронома-наблюдателя сроком еще на два года. Отметим, кстати, что работа астрономической секции мироведов проходила под непосредственным руководством известного ученого, сотрудника Пулковской Обсерватории Г. А. Тихова. Тогда же Александр Александрович Кондиайн был избран членом Совета POЛМ и введен в состав редакционной коллегии журнала Общества («Известия POЛM»). Атакже назначен секретарем только что созданной фотографической секции.

В годы мировой войны А. А. Кондиайну пришлось прервать свои исследования. Большой телескоп и другие инструменты были перенесены в здание Петроградской Биологической лаборатории (Английский пр., 32), где началось строительство новой обсерватории Общества. Насколько можно судить по публикациям в «Известиях POЛM», в 1915–1918 гг. А. А. Кондиайн занимался в основном наблюдениями атмосферных явлений (солнечные «гало», зодиакальный свет и т. д.) и изучением погоды в Петербурге и его северных окрестностях, а также в Финляндии. В тот же период ученый работал некоторое время на метеорологической станции в Севастополе и, вероятно, где-то еще. В 1915 г. он опубликовал несколько популярных статей в журнале «Природа и люди» (в этом же журнале в 1910-е гг., как мы помним, печатался и А. В. Барченко). В целом, однако, остается неясным вопрос, чем А. А. Кондиайн зарабатывал себе на жизнь после окончания университета, поскольку общество «Мироведение» являлось сугубо общественной организацией. После революции основанная П. Ф. Лесгафтом Биологическая лаборатория была преобразована в Естественно-научный институт его имени, который возглавил все тот же Н. А. Морозов, и тогда же (в 1918 г.) РОЛМ объединилось с астрономическим отделением института. Новая обсерватория Общества открылась лишь в 1921 г., но о возобновлении А. А. Кондиайном работы в ней нам ничего не известно. В то же время мы знаем, что в начале 1920-х А. А. Кондиайн некоторое время работал в институте им. Лесгафта и одновременно в недавно созданном Оптическом институте108.

Дополнительным штрихом к портрету А. А. Кондиайна могут служить сведения о его незаурядных лингвистических способностях и феноменальной памяти. По рассказу сына ученого О. А. Кондиайна, А. А. Кондиайн владел многими языками, в том числе и таким экзотическим, как санскрит. Значит ли это, что ученый-астроном занимался изучением индийской философии — штудировал книги Макса Мюллера, Вивекананды и Рамачараки, модных в то время в России и на Западе авторов, и, быть может, даже мечтал, подобно К. К. Владимирову, совершить путешествие в Индию? Интересно, что в 1914 г. на одном из общих заседаний мироведов выступил некто Б. Ф. Эйсурович — участник и руководитель научной экспедиции студентов бехтеревского Психоневрологического института в Индию и Цейлон. Докладчик рассказал, как с 400 рублями в кармане, но с огромным запасом молодой энергии и страстной жаждой знаний экспедиции удалось в течение 6 месяцев осмотреть почти весь Восток!109 Не менее любопытен и тот факт, что общество «Мироведения», очевидно под влиянием Н. А. Морозова, принадлежавшего, между прочим, к масонскому ордену «Великий Восток Франции» (ложа «Полярная звезда» в Петербурге), проявляло большой интерес к мифам и литературным памятникам древности, в которых сохранились ценные астрономические «указания» — в частности и к священным книгам, таким как Библия и Талмуд. Вот названия некоторых докладов, прочитанных в обществе на тему палеоастрономии: «Когда возникла Каббала» (Л. Филлипов, 1913), «Астральная основа христианского эзотеризма первых веков» (Д. О. Святский, 1914), «Зеленый луч в Древнем Египте» (А. А. Чикин, 1918), «Созвездия в Ветхом Завете» (Г. А. Тихов, 1918), «Зодиак в Ветхом и Новом Завете» (Д. О. Святский, 1918), «Астрономия и мифология» (Н. А. Морозов, 1920). Еще одна тема, живо интересовавшая мироведов, — телепатическая передача мыслей. Таким образом, можно с уверенностью говорить, что годы, проведенные в тесном общении с мироведами, не только способствовали становлению А. А. Кондиайна как ученого, но и сыграли важную роль в его духовном формировании, и, возможно, именно в эту пору зародился его интерес к эзотерическим знаниям древних цивилизаций.

После революции А. А. Кондиайн наряду с другими членами РОЛМ часто выступал с научно-популярными лекциями в помещении Тенишевского училища в Соляном городке и других местах Петербурга. Именно в Соляном городке в 1918 г. (или начале 1919 г.) он и познакомился с А. В. Барченко. Тогда же на одной из лекций, прочитанных в обществе «Новый Человек» (особняк М. К. Покотиловой, Каменноостровский пр., 48), А. А. Кондиайн встретился и со своей будущей женой, студенткой ВХУТЕМАС Элеанорой Максимилиановной Месмахер, дочерью знаменитого петербургского архитектора М. Е. Месмахера. Элеанора Максимилиановна впоследствии вспоминала, что лекция А. А. Кондиайна называлась «Земля как живой организм» и что в тот же день она познакомилась и с А. В. Барченко, который выступал с рассказом о Древней науке. Целью общества «Новый Человек», возникшего еще до революции, было распространение идей, направленных на «преобразование духовной и физической природы человека», в соответствии с новыми течениями философской и научной мысли. Кроме устройства публичных лекций, общество занималось также издательской деятельностью — печатало книги западных и русских авторов на такие темы, как космическое сознание, четвертое измерение, индийская йога, реформа системы питания человека и т. п.

Горячо пропагандируемая А. В. Барченко теория о существовании на земле в древнейшую эпоху цивилизации, обладавшей высочайшим уровнем научных знаний, необычайно увлекла А. А. Кондиайна. Именно на почве общего интереса к таинственной Древней науке между ними завязались теплые дружеские отношения, а затем и научное сотрудничество, о котором мы расскажем подробнее в одной из последующих глав. Позднее А. В. Барченко даст своему другу шутливое прозвище Тамиил — так древние евреи называли падшего ангела, научившего людей астрономии, — которое станет его вторым, «эзотерическим» именем. А. А. Кондиайн вводит А. В. Барченко в круг мироведов, знакомит со своими коллегами — H. A. Морозовым и др. 17 января 1920 г. А. В. Барченко прочитал в Обществе научный доклад об Атлантиде. Гипотеза о затонувшем в Атлантическом океане в доисторические времена огромном острове или даже континенте уже давно и широко дискутировалась в России не только теософами и оккультистами, но и весьма серьезными учеными. Достаточно сказать, что в 1924 г. в том же обществе «Мироведения» некто Г. Н. Фредерикс выступил с еще одним докладом на эту тему, который назывался «Атлантида и Ноев потоп». Что касается выступления А. В. Барченко, то «Журнал РОЛМ» отозвался на него следующими словами:
«В этом докладе, иллюстрированном многочисленными диапозитивами, диаграммами и рисунками, докладчик осветил вопрос о древнем мифе об Атлантиде с объективных точек зрения — географической, геологической, антропологической, этнографической. Из приводимых докладчиком доказательств, отчасти косвенных, могущих быть повергнутыми критике, отчасти же более обоснованных с точки зрения науки, он приходил к заключению, что этот миф, указания на который имеются и в памятниках древней письменности, в священном писании, у авторов греческих, римских и др., имеет под собой более или менее твердую почву достоверности»110.
Лекция А. В. Барченко затянулась допоздна, и потому собравшиеся пригласили докладчика «пожаловать в день следующего собрания, когда могли бы состояться прения по докладу». А несколько месяцев спустя (17 апреля) А. В. Барченко выступил перед мироведами с новым докладом «Антропогения мистических теорий», в котором «осветил вопрос об этих теориях, мифах, структуре религий, происхождении их с точки зрения древней и современной науки»111. И это выступление А. В. Барченко, по отзыву «Известий РОЛМ», затянулось до полуночи, «вызвав напряженное внимание аудитории». И опять — демонстрация многочисленных диапозитивов, изготовителем которых, как и в первом случае, очевидно, был А. А. Кондиайн.

Известно также, что в 1919–1920 гг. А. В. Барченко прочитал цикл лекций об особенно увлекавших его в ту пору учении Каббалы и картах Таро (Тарот) — последние эзотерическая традиция рассматривает как «синтез и квинтэссенцию Древнего Знания» (текст одной из таких лекций, обнаруженный в Главнауке, публикуется в Приложении 1).

Приблизительно в это же время, под влиянием недавно прочитанной книги об Агарте Сент-Ива д'Альвейдра, А. В. Барченко неожиданно загорелся идеей отправиться в Центральную Азию — в Монголию и Тибет.
«В период 1920–1923 гг. в Петрограде я добыл книгу Сент-Ив де Альвейдра, о которой мне рассказывал Кривцов. В этой книге Сент-Ив де Альвейдр писал о существовании центра древней науки, называемого Агартой, и указывал его местоположение на стыке границ Индии и Тибета, Афганистана»112.
Д'Альвейдровский трактат-откровение «Миссия Индии в Европе» был впервые опубликован в Париже в 1886 г., но известно, что автор тогда же уничтожил весь тираж книги, за исключением одного экземпляра. В 1910 г. — уже после его смерти — ассоциация «Друзей Сент-Ива» во главе с Папюсом осуществила переиздание этого труда. В русском переводе интригующее «свидетельство» об Агарте появилось в 1915 г. по инициативе питерских почитателей французского эзотерика. Книга была опубликована крошечным тиражом в издательстве «Новый Человек» А. А. Суворина. К счастью, экземпляр этого редкого издания имелся у К. К. Владимирова, и, по-видимому, именно он и одолжил его для чтения А. В. Барченко.

О местонахождении Агарты в книге французского мистика, между прочим, говорилось весьма туманно — только то, что подземная страна находится «в некоторых областях Гималаев». А. В. Барченко же, в отличие от Сент-Ива, называл два совершенно конкретных центра «доисторической культуры» в пределах Тибетского нагорья. Это, во-первых, расположенная на северо-западе горной страны Шамбала, которую он, очевидно, отождествлял с Агартой, и, во-вторых, «область Саджа»113. Последний топоним является искаженной формой «Сакья» — так называется древний монастырь одноименной школы монахов-«красношапочников», находящийся на юге Тибета, во владениях Панчен-ламы. В записках Э. М. Месмахер говорится, между прочим, что именно А. А. Кондиайн — Тамиил — и определил географические координаты Шамбалы, равно как и других центров древнейшей цивилизации, путем расчерчивания поверхности глобуса по некой «Универсальной схеме» (более подробно о ней мы расскажем в отдельной главе).

К разработке планов экспедиции в Шамбалу-Агарту А. В. Барченко приступил весной 1920 г. Следы его проекта — наметки путешествия в Монголию и Тибет — удалось обнаружить в архиве МИД (АВПРФ), в документах чичеринского Наркоминдела. Примечательно, что экспедиция именуется в них «научно-пропагандистской» с целью «исследования Центральной Азии и установления связи с населяющими ее племенами»114. Это позволяет говорить о том, что А. В. Барченко, по-видимому, пытался заручиться поддержкой советского дипломатического ведомства для осуществления своих намерений.

Состав участников экспедиции намечался таким: два основных члена и шесть человек «прислуги», или конвоя. Среди тех, кто изъявил желание принять участие в путешествии, называются моряки-балтийцы, большевики И. Я. Гринёв и С. С. Белаш, чему, впрочем, не следует удивляться. В послеоктябрьский период А. В. Барченко выступал на кораблях Балтфлота с лекциями, в которых рассказывал о существовании в прошлом на земле Золотого века, о первобытном коммунистическом обществе и о Шамбале, сохраняющей по сю пору необыкновенные знания древних. Погибшую доисторическую культуру он характеризовал как некую Великую Всемирную Федерацию Народов, что, разумеется, не могло не импонировать его слушателям, имевшим весьма смутные представления о древнейшей истории человечества. (Любопытная параллель: в 1917 г., почти сразу же после Октябрьского переворота, перед балтийскими моряками и красноармейцами с лекциями выступал и известный писатель и мистик Иероним Ясинский, который, между прочим, был коротко знаком с К. К. Владимировым. И. Ясинский говорил в основном о грядущем коммунизме, при этом, по его собственным словам, он рассматривал большевизм «в свете ницшианской философии»115). Результатом лекций А. В. Барченко, очевидно, и стало обращение в Наркоминдел в 1920 г. моряков Гринева и Белаша. А. В. Барченко едва ли возражал против таких спутников, поскольку был искренне убежден, что отыскать «пути в Шамбалу» могут лишь «люди, свободные от привязанности к вещам, собственности, личного обогащения, свободные от эгоизма, т. е. достигшие высокого нравственного совершенства»116. Красные моряки вполне отвечали этому критерию, если только считать непривязанность к собственности — ввиду ее полного отсутствия — показателем высокой морали. Кроме них, в документах упоминается также некто Г. Б. Борисов, возможно, сотрудник НКИД (не путать с С. С. Борисовым, главой советской миссии в Тибете в 1923–1925 гг.). Присутствие в экспедиционном отряде представителя Наркоминдела было обусловлено тем, что советское правительство уже давно подумывало о восстановлении отношений с Тибетом, прерванных незадолго до начала войны. В 1918 и 1919 гг. в НКИД дважды рассматривались проекты экспедиций в Тибет — научной, под руководством востоковедов Ф. И. Щербатского и Б. В. Владимирцова, и военно-политической, предложенной калмыцкими революционерами А. Ч. Чапчаевым и А. М. Амур-Сананом. Однако от обоих проектов пришлось отказаться, главным образом, оттого, что гражданская война отрезала Центр от Восточной Сибири и Забайкалья, откуда обычно начинался путь в глубь Азиатского континента117.

Как и в случае с экспедицией Щербатского — Владимирцова, А. В. Барченко намечались два основных маршрута: короткий Кяхта — Урга — Юм-бейсэ — Анси — Цайдам — Нагчу — Лхаса, и длинный: Кяхта — Урга — Алашань — Синин — оз. Кукунор — Тибетское нагорье — Нагчу — Лхаса118. Оба они представляли собой хорошо известные бурятским и монгольским паломникам и торговцам караванные пути, связывавшие Россию (Забайкалье), Монголию и Тибет. Примечательно, что конечным пунктом обоих маршрутов являлась столица Страны снегов — священная Лхаса, где находилась резиденция Далай-ламы. Затраты на все путешествие оценивались по смете в 79 тысяч рублей (вероятно, золотых). Отправиться в путь А. В. Барченко, по всей видимости, собирался осенью 1920 года. В случае следования кратчайшим маршрутом он должен был бы добраться до Лхасы за 30–35 дней, как указывалось в проекте — срок совершенно нереальный; в лучшем случае, расстояние между Ургой и Лхасой можно было преодолеть за три месяца. (Доржиев однажды совершил такое путешествие за 72 дня — абсолютно рекордный для своего времени срок!)

Путешествие А. В. Барченко в Тибет, однако, не состоялось. Что помешало ему — отсутствие ли средств у НКИД, гражданская война (вторжение «Белого» барона Унгерна на территорию Монголии осенью 1920 г.) или какие-либо другие причины? Если первые два предположения вполне могли бы удовлетворить нас, то о «других причинах» необходимо сказать особо. Дело в том, что летом 1920 г. руководство НКИД вернулось к проекту Тибетской экспедиции Щербатского. Примечательно, что эта экспедиция, поначалу замышлявшаяся как чисто научная, постепенно трансформировалась в научно-политическо-пропагандистскую. Так, Щербатской после одной из бесед с заместителем Чичерина Л. М. Караханом сообщал в Петроград своему ученому коллеге академику С. Ф. Ольденбургу: «Что касается Тибета, то они (очевидно, намек на верхушку НКИД — А. А. ) больше всего желали бы устроить в Лхасе радиостанцию, и он просил моего совета»119. Идея большевиков состояла в том, что экспедиция доставит Далай-ламе небольшую радиостанцию в качестве подарка советского правительства, что помогло бы наладить радиосвязь между Москвой и Лхасой через Кабул. Щербатской, довольно тесно сотрудничавший с НКИДом в ту пору, однако, отговорился от участия в такой необычной экспедиции и в конце 1920-го отправился с научно-дипломатической миссией в противоположную сторону — в Западную Европу. В результате Наркоминдел решил самостоятельно организовать экспедицию в Тибет, заручившись активным содействием Дальневосточного Секретариата Коминтерна и лично уже знакомого нам Агвана Доржиева. В этом контексте проект А. В. Барченко, по-видимому, перестал представлять какой-либо интерес для Москвы, и поэтому Чичерин и Карахан, в чьих руках в то время находились все нити тибетской интриги, спокойно положили его под сукно.

К экспедиционным планам А. В. Барченко, помимо А. А. Кондиайна, возможно, был причастен и К. К. Владимиров. В конце мая он — в то время политуполномоченный ПЧК — зачем-то экстренно выезжает в Москву. Об этой поездке мы узнаем из письма его новой пассии Софьи Зарх: «Как съездил в Москву? Где теперь работаешь? Не получил ли новое назначение?»120. Не означает ли это, что К. К. Владимиров лично отвозил проект А. В. Барченко в Наркоминдел, но в таком случае за «экспедицией в Шамбалу» первоначально стоял не НКИД, а ВЧК! Аргументом в пользу такого предположения может служить тот факт, что ровно через пять лет история эта удивительным образом повторится при самом непосредственном участии ОГПУ и К. К. Владимирова.

1   ...   5   6   7   8   9   10   11   12   ...   35

Похожие:

Время Шамбалы xes «Время Шамбалы»: Нева, олма-пресс образование; Санкт-Петербург; 2002 isbn 5-7654-2244-6, 5-94849-264-8 iconПояснительная записка к программе
Издательство «Детство-Пресс», Санкт-Петербург, 2002 год, код ар №065631 от 19. 01. 98г

Время Шамбалы xes «Время Шамбалы»: Нева, олма-пресс образование; Санкт-Петербург; 2002 isbn 5-7654-2244-6, 5-94849-264-8 iconМетодические рекомендации для студентов заочников Художественно-педагогического факультета
Студентам рекомендуется пользоваться пособиями: З. И. Бурова. Учебник английского языка для гуманитарных специальностей вузов: Высшее...

Время Шамбалы xes «Время Шамбалы»: Нева, олма-пресс образование; Санкт-Петербург; 2002 isbn 5-7654-2244-6, 5-94849-264-8 iconИздание первое, исправленное и дополненное
Самая лучшая школа игры на скрипке / И. Ксов. — М. Наука-Пресс, 2002. — 93 с ил. — Isbn 5-02-002883-5, 1 000 экз

Время Шамбалы xes «Время Шамбалы»: Нева, олма-пресс образование; Санкт-Петербург; 2002 isbn 5-7654-2244-6, 5-94849-264-8 iconПубличный отчёт государственного бюджетного общеобразовательного учреждения
Федерации город федерального значения – Санкт-Петербург, в лице исполнительного органа государственной власти Санкт-Петербурга администрации...

Время Шамбалы xes «Время Шамбалы»: Нева, олма-пресс образование; Санкт-Петербург; 2002 isbn 5-7654-2244-6, 5-94849-264-8 iconНовые поступления литературы за январь 2014 г. Ш6
Чувство реальности : роман : в 2 кн. Кн. 1 / Дашкова, Полина Викторовна. М. Астрель : аст, 2002. 344 с. Isbn 5-17-014658 Isbn 5-17-013265...

Время Шамбалы xes «Время Шамбалы»: Нева, олма-пресс образование; Санкт-Петербург; 2002 isbn 5-7654-2244-6, 5-94849-264-8 iconАнастасии Новых «Перекрестье. Исконный Шамбалы»
Все события и персонажи являются авторским вымыслом. Любые совпадения имён, фамилий и должностей персонажей с реальными именами живых...

Время Шамбалы xes «Время Шамбалы»: Нева, олма-пресс образование; Санкт-Петербург; 2002 isbn 5-7654-2244-6, 5-94849-264-8 iconН. Ю. Ремизова Бабушкина. 30. 06. 2013год
Чтобы его облегчить, предложены основные огненно-волевые настрои к Агни (Огню) для вполне осознанного принятия в себя его потоков....

Время Шамбалы xes «Время Шамбалы»: Нева, олма-пресс образование; Санкт-Петербург; 2002 isbn 5-7654-2244-6, 5-94849-264-8 iconБ енилюкс 190031, Санкт Петербург, ул. Ефимова 4А. офис 714 Тел./факс:...
Обзорная экскурсия по Брюсселю (3 часа). Экскурсия проводится с группой в сопровождении русскоговорящего гида. Свободное время

Время Шамбалы xes «Время Шамбалы»: Нева, олма-пресс образование; Санкт-Петербург; 2002 isbn 5-7654-2244-6, 5-94849-264-8 iconПрограмма 1-й день: Санкт-Петербург (Россия)
Санкт-Петербург, ул. Лизы Чайкиной, д. 10, тел: 7 (812) 232 83 33, факс: 7 (812) 498 08 89

Время Шамбалы xes «Время Шамбалы»: Нева, олма-пресс образование; Санкт-Петербург; 2002 isbn 5-7654-2244-6, 5-94849-264-8 iconКниги, поступившие в мбук «Межпоселенческая центральная библиотека»...
Антология прозы двадцатилетних : Выпуск Рассказы. – Санкт-Петербург : Лимбус Пресс, ООО издательство К. Тублина, 2007. – 416 с



Школьные материалы


При копировании материала укажите ссылку © 2018
контакты
top-bal.ru

Поиск